«С приемными детьми замуж не выйдешь». Но Татьяна забрала первого ребенка уже в 20, а затем еще двоих

6

А будущего мужа отправила в школу приемных родителей

Оксана Романова

16 июля, 2020

Тане Усольцевой было 16 лет, когда она познакомилась со своей будущей дочерью. Мама трехлетней Ксюши умерла, а отца лишили родительских прав. С 18 лет Татьяна доказывала — она справится, и в 20 стала приемной матерью для малышки. А потом в их доме появились другие приемные дети… Как полюбить ребенка, когда ты сама еще подросток, пережить тяжелую адаптацию и найти человека, который станет отцом троим приемным детям, Татьяна Усольцева рассказала «Правмиру».

Они приехали из Каменска-Уральского в Екатеринбург вчетвером — Татьяна Усольцева, ее муж Михаил и приемные дети — 9-летняя Даша и 12-летний Саша. Старшая, 13-летняя Ксюша, ждет семью дома. 

Михаил сегодня получит документ об окончании школы приемных родителей. И сможет стать отцом для детей, с которыми познакомился полгода назад. Их нашла и полюбила его будущая жена. 

В офисе «Семья детям», где работает школа приемных родителей, Даша усаживается рисовать, а Саша кричит: «Я буду директор, папочка, смотри!» — и плюхается в большое кресло. Татьяна смотрит на них и смеется.

Ей 25 лет, и почти 6 из них она — приемная мама.

В 16 лет познакомилась с дочерью

Со старшей дочерью Татьяна Усольцева познакомилась, когда самой ей было 16 лет. Она с детства мечтала о приемных детях. 

— Я с 12 лет приходила в детский дом. Просто так случилось: шла мимо, знакомые воспитатели позвали погулять с детьми, и я бывала там каждый день. Гуляла, ездила с ребятами на экскурсии, собирала для них по знакомым вещи, игрушки. Тогда же — уговорила свою маму оформить гостевую семью, чтобы детей можно было забирать на выходные домой, — рассказывает она. 

Так Татьяна познакомилась с трехлетней Ксюшей. Ее мама умерла, отца лишили родительских прав. Сначала ребенок жил у родственников, а потом попал в детский дом. Девочка была жизнерадостная, с сохранным интеллектом. Поэтому Таня была уверена, что ее быстро заберут. Но этого не случилось.

В 18 лет Татьяна оформила гостевую семью уже на себя. Она училась в педагогическом колледже и брала девочку с собой на пары. Подрабатывала, чтобы купить Ксюше одежду к 1 сентября и собрать ее в школу. Девушка решила: получит диплом, снимет квартиру, поработает несколько месяцев — сколько требуют органы опеки для оформления приемной семьи, — и станет приемной матерью.

Опека согласилась не сразу, сотрудницы сказали: «Молодая слишком!» Помогла поддержка воспитателей из детского дома. 

Когда Татьяна окончательно забрала Ксюшу, той было уже восемь, а Татьяне — 20.

На вопрос — почему она решила, что справится — Татьяна отвечает: других вариантов не было. Друзья ее поддержали. Мама сначала отговаривала, а потом махнула рукой.

Какие только предметы в меня не летели

Татьяна работала воспитателем в детском саду, Ксюша училась в школе. Вместе они делали уроки, каждый день ходили в кружки. С виду — обычная семья, молодая мама и дочь. Но им было труднее, чем остальным. Девочка проверяла приемную маму на прочность. 

— У многих людей представление, что дети-сироты — это такие ангелочки, — говорит Татьяна. — Ты их заберешь — и они будут всю жизнь тебе благодарны. Это совсем не так. С Ксюшей было весело. Мы с ней прошли вообще всё!

«Всё» — это то, что связано с реактивным расстройством привязанности. Дети с этой особенностью не могут устанавливать долгосрочные отношения со взрослыми, не доверяют им.

— Дочь могла по несколько часов со мной не разговаривать, — вспоминает Таня. — Какие только предметы в меня не летели, когда она злилась. Как-то она в истерике выдвинула из-за шкафа большое зеркало — и об пол его, вдребезги. Выкидывала посуду с пятого этажа. Пол клеем обмазывала… Сейчас я понимаю — она меня проверяла на прочность. Ей нужно было убедиться, что я — сильный взрослый, который ее не оставит в любом случае. 

Но тогда Татьяна была не готова к этому. И не понимала, что происходит.

Она с горечью думала: «Почему, я люблю ребенка, все для нее делаю, а она со мной вот так?»

— Соберусь пыль с подоконника стереть, у меня там цветочки, статуэтки стоят. Пытаюсь их приподнять — и понимаю, что все приклеено на суперклей. Я: «Ксюша, это что?» Она: «Мама, это не я! Ты что, мне не доверяешь? Значит, ты меня не любишь?» И в глаза смотрит так правдиво… Идем по улице, купили новое белое платье, бантики. И в этом наряде она падает в грязную лужу: «Неси меня на руках! Ты моя мама, ты должна!» Девять лет ей было, уже не такая пушинка. «Ах, не понесешь? Тогда я буду орать! Мама, пожалуйста, не бей меня дома! Я знаю, что ты меня сейчас приведешь домой и будешь избивать!» И чем больше вокруг зрителей, тем громче и правдоподобнее мы орем.

«С приемными детьми замуж не выйдешь». Но Татьяна забрала первого ребенка уже в 20, а затем еще двоих

«Что еще сделать, чтобы меня выкинули из дома?» Что принесет в вашу семью приемный ребенок, кроме гнева и отчаяния

Подробнее

Даша боялась, что кошка ее съест

Постепенно Ксюша стала спокойнее, доверилась новой маме, поняла, что та ее не оставит. И тогда 22-летняя Татьяна задумалась о других детях. 

— Когда у тебя дома растет приемный ребенок, то видишь, как он меняется, расцветает. Мы вместе столько преодолели. И я стала все чаще задумываться о детях, которые остались там, — говорит Татьяна. 

Она поговорила о другом ребенке с Ксюшей. Они решили присмотреться к детям с особенностями здоровья, у которых меньше шансов попасть в приемную семью. 

Зимой 2017 года в социальных сетях появилось видео: резвая кареглазая малышка в ходунках ждет свою маму. И адрес детского дома: Куса, Челябинская область. Ролик увидела Татьяна.

— Это видео стало часто попадаться мне на глаза — в «Одноклассниках», «ВКонтакте». Потом я почему-то его сохранила. И поняла, что смотрю его по 10 раз в день, думаю об этой девочке, засыпаю и просыпаюсь с мыслями о ней. И решила — надо ехать знакомиться, — вспоминает она. 

На видео Даше четыре года. К моменту их знакомства видео бродило по соцсетям около двух лет. 

Родители отказались от девочки еще в роддоме из-за проблем со здоровьем — проблем с позвоночником, внутриутробных особенностей развития. Она появилась на свет килограммовой, после рождения перенесла тяжелую операцию. Врачи говорили, что Даша не сможет ходить.

Татьяна сразу решила, что заберет Дашу. Но у опеки было иное мнение: «Оформляйте гостевую семью, иначе мы вам ее не отдадим». Каждую неделю Таня с Ксюшей ездили на такси из Каменска в Кусу и обратно, чтобы забрать Дашу на выходные. Триста с лишним километров только в один конец, денег не хватало, поэтому Татьяна взяла кредит. За весну и лето на поездки ушло почти 200 тысяч рублей. 

Татьяна смогла забрать Дашу домой в конце августа 2017 года. 

— Даша и правда оказалась ангелом. Сто раз в день скажет: «Спасибо за то, что ты меня забрала», «Мамочка, я тебя люблю, ты самая лучшая!». Открытки с сердечками каждый день рисует, — говорит приемная мама.

Но сложности тоже были. Девочка, выросшая в стенах интерната для особых детей, боялась всего.

«С приемными детьми замуж не выйдешь». Но Татьяна забрала первого ребенка уже в 20, а затем еще двоих

Расплакалась, но решение не изменила. Как мама двойняшек взяла в семью еще пятерых

Подробнее

— Выходим на улицу — ей страшно, что ее сейчас голуби заклюют, раньше так близко она их не видела, — вспоминает Татьяна. — Боялась, что наша домашняя кошка ее съест: этих животных тоже встречала только на картинках. Боялась людей, незнакомых звуков, в шесть лет впервые зашла в магазин и с удивлением смотрела, как там все устроено.

Сначала Даша могла ходить только в ходунках, но постепенно начала осваивать стеночки, потом отпускать опору. Несколько раз в год они с Татьяной ездили на реабилитацию — бесплатную или платную, на которую приходилось откладывать деньги. К слову, пенсия на ребенка-инвалида в Свердловской области составляет около 17 тысяч рублей, пособие приемной мамы — около 10 тысяч рублей. А двухнедельный курс реабилитации в частном медицинском центре — от 100 тысяч.

Из садика Татьяне пришлось уйти: работать в две смены уже не получалось. На какое-то время она устроилась в детский развивающий центр, брала Дашу с собой. Потом где только не подрабатывала: фотографом в роддоме, аниматором.

Так они прожили еще год.

Садимся в такси — остается свободное место

— После каждого ребенка я думала: «Все!» И после Ксюши, и после Даши, — смеется Татьяна. — Но с основной работы я ушла и все равно целый день занимаюсь детьми. Мы в конкурсах участвуем, рисуем, поем, лепим, у нас активная жизнь. И просто: садимся в такси — одно свободное место остается. Почему бы его не занять? То, что я могу делать с двумя детьми, смогу и с тремя… 

Сашу они с Ксюшей и Дашей нашли в Челябинске. Перед этим объехали почти все детдома Урала.

— Я не знаю, почему, но когда я увидела Дашу, у меня что-то щелкнуло — все, моя. И я пыталась то же чувство испытать — понять, где мой ребенок. Но нет, «моих» детей нигде не было.

Татьяна узнала, что в Челябинском детском доме будет день открытых дверей, когда потенциальный родитель может прийти и увидеть всех детей вместе. А не только одного ребенка, на которого он оформил документы. 

Татьяна искала сына, поэтому поехала туда вместе с Ксюшей и Дашей. Но их внимание привлек не малыш, а десятилетний мальчишка.

— Привели нам Сашу, посадили напротив. Он так улыбался! Я растерялась, думаю, о чем с ним буду разговаривать? Он сам начал беседу: «А я люблю в футбол играть! А я…» Так старался показать себя, понравиться. Ребенок понял, что мы пришли к нему.

Лето прошло в поисках квартиры побольше и сборе очередных справок. Когда пакет документов был готов, в опеке Татьяну встретили с улыбкой: «Сразу хотим сказать, что мы больше не намерены отдавать вам детей!» И снова — долгие месяцы борьбы, гостевая семья, поездки, совместные новогодние каникулы…

— Когда положительное решение все-таки вынесли, уже в Челябинске мне сказали: подождите еще месяц. Потом еще две недели, потом снова… Саша звонит со слезами: «Когда ты меня заберешь?!» И я ему обещаю, обещаю, а они снова переносят сроки.

Приезжаю в Челябинск, мне говорят: «Саша чуть пожар не устроил!»

Он где-то услышал, что если на бумажке написать желание и сжечь, то оно сбудется. Он написал на куче бумажек желание, что хочет домой. Эта стопка горела в туалете, все было в дыму.

Саша попал домой только в середине апреля, через год после их знакомства.

— С Сашей было прикольно. Он такие фокусы выкидывал, но каждый раз я понимала: «О, это я уже проходила!» С Ксюшей я все делала на ощупь, а тут уже и опыт был, и тематической литературы начиталась, и с психологами консультировалась. 

«С приемными детьми замуж не выйдешь». Но Татьяна забрала первого ребенка уже в 20, а затем еще двоих

«Если ждете благодарности, не берите подростков». Можно ли озолотиться на усыновлении и что делать, если дочь пишет «отказную»

Подробнее

— Когда ребенок говорит: «Верни меня обратно в детдом, я тебя ненавижу!» — это не значит, что он этого хочет, — объясняет Елена Кондрашкина, семейный психолог, ведущая Школы приемных родителей при НКО «Семья детям». — Просто в его мире он взрослым верить разучился. И наша задача как школы приемных родителей — научить взрослых помогать ребенку. Не себе, не лечить себя от одиночества или склеивать семейные трещины, а думать о нем. Только тогда гарантированы успешная адаптация, настоящая семья, формирование привязанности.

Елена с Татьяной познакомились, когда та боролась за Дашу. Психолог поддерживала ее, когда адаптация началась у Саши. 

— После Саши даже я уже сказала: «Пока хватит, тебе замуж еще надо выйти». Но история на этом не заканчивается, — улыбается Елена. — В феврале 2020 года в нашей школе приемных родителей началась очередная группа, мы как раз выиграли грант от Фонда Потанина и смогли ее запустить. И вот звонит мне Таня и говорит: «У вас же скоро новый набор? Мы придем!» Я сразу: «О! Кто это “мы”?» — «У меня появился молодой человек. Он меня зовет замуж. И я ему сказала: “Прежде чем со мной оформлять отношения, сначала окончи школу приемных родителей”».

«Папочка, ты меня узнал?» 

И вот Михаил уже получает документы, чтобы стать приемным отцом троим детям. Мы разговариваем с ним и Татьяной в офисе «Семья детям».

— Мы познакомились в интернете, — рассказывает Михаил. — И первое, что мне сказала Татьяна — что у нее дети. Меня это сразу покорило: она и сразу трое детей приемных. Что-то особенное! Я был не против, всегда хотел, чтобы у меня была большая семья. А тут, считай, семья уже готовая. А то, что дети приемные — так даже проще.

— Если бы это были дети от первого брака — все равно был бы другой отец, другой авторитет, — соглашается Татьяна. — А тут дети, у которых папы никогда не было.

Она не сразу познакомила жениха со своими детьми. Татьяна постепенно рассказывала об особенностях ребят, а Михаил: «Ничего страшного, переживем». Смотрел фотографии, все больше узнавал об их жизни. Потом Ксюша нашла его «ВКонтакте», и они начали переписываться.

С Дашей было немного иначе. 

— Идет звонок с номера Татьяны. Беру трубку и слышу: «Папочка, привет, а ты узнал меня?» И я такой — «А-а-а-а!» Ступор, не могу ничего произнести, ком в горле встал. Что сказать? «Узнал», — говорю. Понял, что это она. Сначала переживал, а потом отпустило, — вспоминает Михаил.

Потом встретились с Сашей — тоже неожиданно. На одном из детских выступлений Михаил был в зале, а мальчик со сцены проследил за мамой, увидел, к кому она подошла. 

— Подбегает, смотрит на меня во все глаза, я смотрю на него. И молчим. А что сказать-то? «Привет, сын!»

Когда Татьяна предложила записать Михаила в школу приемных родителей, он согласился и аккуратно посещал занятия, приезжая за 150 километров дважды в неделю:

— С каждым занятием я одновременно входил в семью, и все, о чем мы говорили в школе, наблюдал своими глазами. Начал осознавать поступки детей и логику поведения Татьяны. Без школы было бы намного сложнее, потребовалось бы больше времени, чтобы в это вникнуть. Сейчас гораздо проще, — заключает он.

— Мне сейчас стало ощутимо легче. Это как глоток воздуха. Я устала от того, что не с кем поделиться, — рассказывает Татьяна. — Хочется открыть душу, но, как только я начинаю кому-то жаловаться на трудности с детьми, как тут же слышу: «А зачем ты их брала? Все это генетика!» И в опеке пугали, что никогда замуж не выйду.

— А вы этого не боялись?

— Нет. Я говорила: «Зачем мне слабый мужчина, который боится детей? Мне не нужен тот, который от семьи бежит. Наоборот, будет сильный и достойный».

Весной Татьяна, Михаил и их дети начали жить вместе. Следующий шаг — сообщить органам опеки об изменениях в семье.

— Что будете делать дальше? И нет ли ощущения, что опять какое-то место пустует?

— Я пока ничего не могу обещать, — смеется Татьяна.

Источник

Вам также могут понравиться

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.